От редакции

Здесь, на этих страницах мы, художники, исследователи, активисты осваиваем и переосмысливаем опыт совместного творческого проживания здесь и сейчас.
Для знания, творчества и действия.
Здесь мы описываем и создаем метод работы с реальностью.
Общий метод, который применяем здесь же, в этой газете, а сперва на кухнях, в блогах, на улицах.
Большинство материалов этого номера, тексты и рисунки не просто создавались коллективно, но и проживались совместно: ночи напролет, сутки прочь, вместе.

• Совместно переживаемый голод наших питерских товарищей, вписанный в исторический момент – радикальное освоение этого опыта.
• Создание нового активистского фильма, воссоздающего и осмысляющего захватывающие события совместного проживания и обобществления левого знания в рамках семинара-общежития in progress;
• Волна протестных акций в поддержку новосибирского художника;
• Решимость на совместное политическое заявление;
• Включенность вместо эскапизма;

Сведение всех элементов в единый узел в конкретной точке, в конкретный, совместно пережитый и осознанный нами исторический момент, плюс анализ in medias res – применение этого метода.

Задача этой хроники обозначить несколько событий мая 2009 года, плотная череда которых сотрясла сообщество активистов, исследователей и художников и связать эти события с более обширным контекстом, который формирует их, определяет их симптоматику. Будет вполне оправданным начать хронику этого «весёлого месяца» значительно раньше, например - в июле 2002, когда в России вступил в силу федеральный закон «об экстремизме». Так же следовало бы вернуться в не менее «весёлую» осень 2008, когда отдел по борьбе с организованной преступностью был переформирован в управление по предотвращению экстремизма, так называемый Центр «Э», оперативники этого Центра сыграли ключевую роль сразу в нескольких событиях, упомянутых нами в этом выпуске. Эта реформа состоялась под заявления госчиновников, что они не позволят «экстремистам» и прочим злоумышленникам «дестабилизировать» страну в период растущего экономического кризиса. Минувшая весна и начало зимы были так же обозначены чередой нападений на социальных активистов (Карин Клеман, Михаил Бекетов, Алексей Этманов), а кульминацией стала трагедия – убийство адвоката-правозащитника Станислава Маркелова в январе этого года. Тем временем, разразился еще один залп в «исторической войне», оперативники Следственного комитета при прокуратуре РФ в ходе рейда в информационно-исследовательском центре общества «Мемориал» в Санкт Петербурге 4 декабря изъяли жесткие диски с архивной информацией по истории государственного террора в советский период. Судебная тяжба кончилась этой весной победой «Мемориала» - одинокое исключение из «новых правил» злоупотребления властью. Антифашист Алексей Олесинов за незначительный инцидент у ночного клуба в Москве был осужден за «групповое хулиганство». Защитники Алексея назвали этот суд «фарсом над правосудием». Эхом «дела Лоскутова» отзывается история Валентина Урусова – профсоюзного организатора из Якутии, осуждённого за хранение наркотиков, вторично вмененное после опровержения. Сеанс охоты офицера МВД в московском супермаркете всколыхнул зачатки общественных дебатов о необходимости срочной реформы в российских силовых структурах и запоздалые откровения о том, что насилие и жестокость (хотя и не повсеместно в таких формах) – стандарт и неотъемлемая часть милицейских «мероприятий». Так или иначе, оглядываясь на события мая можно заключить лишь, что такая реформа произойдёт не скоро. Центр «Э» и другие полицейские органы по-прежнему запугивают, арестовывают и преследуют активистов и блоггеров, «мониторят» потенциальных «экстремистов в молодёжной среде» (к которым в Приморском районе Санкт-Петербурга причисляют и поклонников группы «Кино»), совершают налёты на антифашитстские концерты и разгоняют демонстрации и пикеты протеста. И, наконец, продолжающееся насилие в Северокавказском регионе России – означенное покушением на президента Ингушетии Юнусбека Евкурова в июне и похищением и убийством активистки-правозащитницы Натальи Эстемировой в июле. Эти факты призваны маркировать «исключительное положение», которое затягивает всю страну в ситуацию «войны с террором».
Вот некоторые данные хроники Мая 2009, которые драматически вмешались в нашу жизнь и композиция этого номера газеты во многом является реакцией на эти события:

При просмотре хроники «веселого мая» 2009 года в России – лаконичной истории арестов, задержаний активистов, интеллектуалов, художников, но также и протестов против этих действий властей – возникает много непростых вопросов. Разумеется, нижеследующие фрагментарные и краткие заметки не претендуют на статус «окончательного диагноза». Неполнота и отрывочность этих заметок – скорее, часть самой проблемы. Ее более полный анализ станет возможным при условии систематического осмысления постсоветского политического опыта, что остается пока делом будущего.

Мы - исследователи, художники и активисты, инициаторы и участники семинара «Общежитие», который состоялся 9 мая в Нижегородском Государственном Центре Современного Искусства и был подвергнут незаконному нападению отряда специального назначения «Центра по борьбе с экстремизмом» призываем всех выразить солидарный протест против серии грубейших нарушений основных конституционных прав и свобод, которые стали нормой в современной России.

Cценарная группа – Николай Олейников, Олег Журавлев, Дмитрий Виленский и Кирилл Медведев

Важным импульсом создания этого фильма для меня и стал эпизод, когда меня милиция, несмотря на мое сопротивление, незаконно заставила стереть кадры налета Омона на семинар. Потом меня больше всего поразила их наглая уверенность в том, что какие-то вещи власть может стереть из памяти людей также легко, как стереть видео изображение с пленки.
Собственно этот фильм должен стать необходимым ответом на этот вызов, показывающий, что у нас есть возможность, не просто оставить в памяти людей документацию о преступлениях власти, но и создавать свое пространство интерпретации и воссоздавать свою историю, в которой «подвиги» полицейских всегда занимают своё место как позорные акты, направленные против общества. (ДВ).

Группа «Радек» возникла из неудовлетворенности московской художественной ситуацией как художественный проект "Школа Современного Искусства" Авдея Тер-Оганьяна, ставший в то же время образовательной институцией, средой обитания и орудием преобразования этой ситуации.

В киевский Художественный Совет, основанный летом 2008 года, вошли ряд молодых художников, архитекторов, переводчиков, политических активистов, теоретиков литературы, кураторов, дизайнеров, публицистов – всего девятнадцать человек*. Худсовет функционирует как кураторская группа, и, в то же время, как дискуссионное и само- (взаимо-) образовательное сообщество. Проекты Худсовета основываются на коммуникации, которая осознается участниками и как самостоятельная ценность, как источник удовольствия и как возможность выйти за границы отчужденных областей специального знания.

В ситуации, которая сложилась вокруг реализации проекта Subvision в Гамбурге, мы вынуждены сделать следующее заявление по поводу своего участие в этом фестивале.